Журнал о том, как безопасно сэкономить на налогах

Выплата процентов по займу. Функции налогового агента

30 сентября   1  

Контролеры настаивают, что заем может считаться контролируемым и заемщик должен удержать налог на прибыль при выплате процентов по нему, даже если эти проценты получает российский заимодавец. Но судебные решения подтверждают: заемщик не удерживает налог, если платит контролируемые проценты российской компании.

Порядок выплаты процентов займу - противоречия Налогового кодекса

Из содержания пункта 2 статьи 269 НК РФ следует, что к контролируемой задолженности относятся в том числе долговые обязательства перед российскими организациями, являющимися аффилированными лицами иностранных организаций. В этом случае контролируемая задолженность считается возникшей перед иностранной организацией.

Однако, вопреки мнению налоговиков, в случае возникновения контролируемой задолженности в результате получения займа от российской организации наступают только последствия, связанные с нормированием процентов (п. 3 ст. 269 НК РФ). А возложение на российского заемщика обязанности налогового агента при выплате процентов в адрес российского заимодавца незаконно. Само по себе перечисление средств между российскими организациями, в капитале которых участвует одна иностранная организация, не свидетельствует о скрытом поступлении дивидендов. Налоговый орган должен доказать, что проценты, полученные российским заимодавцем, не были израсходованы на его текущую деятельность, поэтому являются скрытым распределением дивидендов в адрес иностранной компании.


Как представительству иностранной компании не стать постоянным


Пункт 4 статьи 269 НК РФ не определяет основания возникновения статуса налогового агента у российских организаций. Возникновение обязанности по исчислению, удержанию и перечислению в бюджет налога с доходов иностранной организации, включая налог с дивидендов, обусловлено их реальной выплатой в пользу иностранной организации. Иное толкование положений пункта 4 статьи 269 НК РФ может повлечь двойное налогообложение выплаченных сумм как доходов иностранной организации и одновременно доходов российской организации — заимодавца.

Выплата процентов договору займа - прецедентное дело табачной компании

Российское общество «Новая табачная компания» выплачивало проценты по займу, полученному от другой российской организации, которая была аффилирована с зарубежной материнской компанией общества. Налоговый орган признал данную задолженность контролируемой, в связи с чем исключил проценты по займу из расходов и доначислил обществу налог на прибыль. Кроме того, налоговый орган переквалифицировал сверхнормативные проценты в дивиденды и предложил обществу в качестве налогового агента уплатить с этих дивидендов налог на доход иностранной компании, несмотря на то, что деньги выплачивались российскому заимодавцу.

После ряда процессуальных пертурбаций дело дошло до Верховного суда, симпатии которого разделились пополам между налоговым органом и налогоплательщиком. Верховный суд поддержал налоговый орган по первому пункту (контролируемая задолженность), но встал на защиту налогоплательщика по второму пункту (налог на дивиденды).


Как выбрать юрисдикцию для регистрации дружественного иностранного перевозчика


Ключевым аргументом в пользу налогоплательщика стал принцип, требующий определенности налогового закона. Как известно, неустранимые неясности налогового закона должны толковаться в пользу налогоплательщика. Налогоплательщики часто ссылаются на этот принцип в налоговых спорах в качестве одного из запасных аргументов, но очень редко находят понимание судов в этом вопросе. Данное дело — одно из немногих, где суд столь высокого уровня не просто воспринял этот аргумент, но положил его в основу своего решения.

Мажоритарная доля (90%) в капитале ООО «Новая табачная компания» (НТК) принадлежала ЗАО «Торговая компания „Мегаполис“». В свою очередь, почти 100 процентов акций «Мегаполиса» принадлежали кипрской компании Megapolis Holdings (Overseas) Limited.

Общество (НТК) взяло у российского «Мегаполиса» взаймы под 10 процентов годовых в общей сложности примерно 8 млрд руб. для финансирования сделки поглощения действующих российских дистрибьюторов фирмы Philip Morris. Сам «Мегаполис» получил эти деньги в кредит в Сбербанке. В 2011 году общество начислило по данным займам примерно 400 млн руб. процентов, а выплатило более 800 млн (разница связана с тем, что в 2011 году выплачивались проценты и за предыдущие годы). Начисленные проценты общество в обычном порядке включило в расходы для целей налогообложения.

Однако налоговый орган (Межрегиональная инспекция ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 3), проводивший выездную налоговую проверку общества, не согласился с таким подходом.

Согласно действующим российским правилам тонкой капитализации (thin capitalization rules), если российская организация берет взаймы деньги у своей зарубежной материнской компании (прямо или косвенно владеющей более 20% уставного капитала организации) либо у российской компании, аффилированой с этой зарубежной материнской компанией, то такая задолженность признается контролируемой.


Налоговики хотят контролировать цены по любым сделкам взаимозависимых лиц


Если размер контролируемой задолженности более чем в три раза превышает размер собственного капитала российской организации, то соответствующая часть процентов по займу исключается из расходов организации для целей налогообложения (п. 2–3 ст. 269 НК РФ). Более того, сверхнормативная часть процентов приравнивается для целей налогообложения к дивидендам, уплаченным иностранной организации, в связи с чем облагается налогом по применимой к таким дивидендам ставке (п. 4 ст. 269 НК РФ).

В данном случае собственный капитал общества в результате сделок поглощения стал отрицательным. В полном соответствии с буквой Налогового кодекса налоговый орган признал всю задолженность контролируемой, в связи с чем исключил всю сумму начисленных процентов (400 млн) из расходов, а сверхнормативную сумму выплаченных процентов (800 млн) обложил налогом у источника дохода иностранной компании по ставке для дивидендов (15%).

Несмотря на возражения общества на акт выездной налоговой проверки, сформулированные обществом в акте разногласий, налоговый орган остался непреклонным. Решением налогового органа обществу было доначислено 80 млн руб. налога на прибыль и 120 млн руб. налога на дивиденды плюс пени и штрафы.

Однако на стадии апелляционного обжалования этого решения в ФНС России удача впервые улыбнулась налогоплательщику. ФНС согласилась с обществом в том, что если проценты, выплаченные российской компании, считаются дивидендами, выплаченными кипрской компании, то и налог у источника этих дивидендов надо исчислять по ставкам, применимым к кипрским компаниям. В соответствии с действующим между Россией и Кипром соглашением эта ставка составляет не 15 процентов, а 10 (при определенных условиях ставка снижается до 5%, но, видимо, ФНС сочла эту пониженную ставку неприменимой). В результате ФНС снизила налог на дивиденды со 120 до 80 млн руб.

Однако этот результат общество не устроил. Оно обратилось в суд с заявлением о признании недействительным решения налогового органа (в редакции ФНС).

В первой инстанции налоговый орган потерпел сокрушительное поражение: Арбитражный суд города Москвы (решение от 28.01.15 № А40-87775/14) полностью поддержал аргументы налогоплательщика и разрешил дело в его пользу.

В части доначисления налога на прибыль суд пришел к выводу, что положения пункта 2 статьи 269 не подлежат применению ввиду их противоречия международному налоговому соглашению между Россией и Кипром (а именно его статьям о процентах и об ассоциированных предприятиях). Специальные оговорки, имеющиеся в этом соглашении по поводу «нерыночных» сделок ассоциированных предприятий, по мысли суда, не изменяют этого результата. Ведь речь в данном случае не шла об искусственном занижении налоговой базы: заем у аффилированной компании брался для разумных деловых целей и под разумные проценты.

В части налога на дивиденды суд отметил, что хотя пункт 4 статьи 269 НК РФ формально и приравнивает сверхнормативные проценты к дивидендам, но обязанности налогового агента возлагаются на российскую организацию лишь в случае фактической выплаты дохода иностранной компании. Во всяком случае это так при буквальном прочтении закона. Выплаты же дохода иностранной компании в данном случае не было.

Суд также отметил, что Минфин, который по закону имеет право разъяснять нормы Налогового кодекса РФ, в письмах высказывал по данному вопросу прямо противоположные суждения. Это как минимум означает неопределенность нормы, а по закону (п. 7 ст. 3 НК РФ) любые неустранимые неясности должны толковаться в пользу налогоплательщика.

Кроме того, согласно суду, отстаиваемая налоговым органом трактовка приведет к двойному налогообложению соответствующего дохода: один раз налогом на дивиденды, второй раз — налогом на прибыль в составе дохода российского заимодавца.

Из текста судебного решения видно, что дискуссия между налогоплательщиком и налоговым органам велась на высоком интеллектуальном уровне.

Инспекция, в частности, цитирует официальный комментарий Организации экономического сотрудничества и развития к ее Модельной конвенции об избежании двойного налогообложения. Налогоплательщик в свою очередь ссылается на позиции Конституционного суда РФ, Всеобщую декларацию прав человека, практику Европейского суда по правам человека и даже на одно из решений Европейского суда справедливости. В этом решении (C-524/04 от 13.03.2007) Европейский суд справедливости признал, что дискриминационные правила тонкой капитализации могут применяться лишь в случае искусственных сделок (основываясь, правда, на свободе движения капитала, которая установлена законодательством ЕС, но отнюдь не России).

Инспекция ссылалась также на известный прецедент по делу «Северного Кузбасса» (постановление Президиума ВАС РФ от 15.11.11 № 8654/11), в котором Президиум признал, что положения налогового соглашения о недискриминации не препятствуют применению российских правил тонкой капитализации. Суд, однако, счел этот прецедент неприменимым в связи с различиями в фактических обстоятельствах дела, а также с тем, что речь в рассматриваемом деле шла о других статьях соглашения.

В итоге суд первой инстанции признал решение налогового органа полностью недействительным.

К сожалению для налогоплательщика, апелляция и первая кассация оказались не столь восприимчивы к его высокоинтеллектуальным аргументам. Основываясь на формальном прочтении статьи 269 НК РФ, эти суды отменили решение первой инстанции и разрешили спор в пользу налогового органа (постановления Девятого ААС от 05.05.15 № А40-87775/14, АС Московского округа от 22.07.15 № А40-87775/14).

Дело дошло до Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ (определение от 18.03.16 № 305-КГ15-14263/1).

По первому пункту (налог на прибыль) коллегия поддержала налоговый орган. Сославшись на букву закона, на необходимость противодействия злоупотреблениям в налоговых правоотношениях, а также на вышеупомянутое дело «Северного Кузбасса», коллегия пришла к выводу, что проценты были правомерно исключены налоговым органом из расходов для целей налогообложения. Никакой неопределенности в соответствующем пункте закона коллегия не обнаружила.

Наибольший интерес представляет позиция коллегии по налогу на дивиденды

Пункт 4 статьи 269 НК РФ приравнивает сверхнормативные проценты к дивидендам, выплачиваемым зарубежной материнской компании, даже когда они фактически выплачиваются российской организации. Дивиденды, выплачиваемые иностранной компании, подлежат налогообложению у источника выплаты (п. 1 ст. 309 НК РФ). Однако закон (п. 1 ст. 310 НК РФ) наделяет российские организации статусом налогового агента, удерживающего и уплачивающего налог за иностранную компанию, только когда они фактически выплачивают доход иностранной (а не российской) организации. По заключению коллегии, налицо неопределенность налогового закона!

Кроме того, коллегия поддержала аргумент суда первой инстанции относительно того, что подобная трактовка Налогового кодекса привела бы к двойному налогообложению соответствующего дохода, что недопустимо. «Предложенное налоговым органом и поддержанное судами апелляционной и кассационной инстанции толкование положений пункта 4 статьи 269 Налогового кодекса не может быть признано приемлемым, поскольку не отвечает требованиям определенности законно установленного налога и способно привести к двойному налогообложению выплаченных сумм как доходов иностранной организации и одновременно доходов российской организации — заимодавца».

Вывод коллегии суда: налог на дивиденды в подобной ситуации (выплата сверхнормативных процентов по контролируемой задолженности в адрес российской организации) не подлежит удержанию и уплате в бюджет. «Следовательно, в случаях возникновения контролируемой задолженности в результате выдачи займа российской организацией наступают только последствия, предусмотренные пунктом 3 статьи 269 Кодекса в виде ограничения вычета процентов при исчислении налога, а возложение на российскую организацию — заемщика обязанности налогового агента при выплате процентов по такому займу другой российской организации не основано на законе».

Сославшись на уже упоминавшиеся комментарии ОЭСР к ее Модельной конвенции, коллегия отмечает, что целью пункта 4 статьи 269 НК РФ является пресечение схем, в которых под видом процентов иностранная компания фактически получает в безналоговом режиме дивиденды. Однако в данном случае никаких признаков подобной схемы не было, ведь российский заимодавец не переводил полученные суммы процентов на Кипр, а использовал их в своей коммерческой деятельности. «Между тем обстоятельств, которые бы указывали на скрытую выплату дивидендов обществом в пользу иностранной компании, судами при рассмотрении настоящего дела не установлено, на их наличие инспекция не ссылалась. Само же по себе перечисление денежных средств между российскими организациями, в капитале которых участвует одна иностранная организация, не свидетельствует о скрытом поступлении в ее пользу дивидендов».

Коллегия ВС отменила акты апелляции и кассации в части налога на дивиденды, оставив в этой части в силе решение суда первой инстанции. В части налога на прибыль акты апелляции и кассации остались без изменений.

В итоге общество оказалось должно государству 80 млн руб. доначисленной прибыли (плюс пени и штрафы), а вот 80 млн руб. налога на дивиденды (плюс пени и штрафы) ему удалось отбить у налоговой. Благодаря взвешенной позиции Верховного суда дополнительное налоговое бремя табачной компании уменьшилось наполовину.

О принципе определенности права

Принцип определенности налогового права чрезвычайно важен для налогоплательщиков, которым необходимо ясное понимание того, какую именно сумму налогов они должны государству. В отличие от гражданского права, в котором вполне допустимы размытые нормы, предоставляющие суду дискреционные правомочия на разрешение спора между участниками оборота «по справедливости», в налоговом (и вообще публичном) праве требуется гораздо более высокий уровень правовой определенности.

Из этого правила есть исключения, связанные с противодействием налоговым злоупотреблениям. Доктрина необоснованной налоговой выгоды (модификация более примитивной доктрины недобросовестного налогоплательщика), отсутствующая в налоговом законе, но являющаяся частью налогового права России как минимум с момента принятия соответствующего постановления Пленума ВАС РФ (постановление от 12.10.06 № 53), представляет собой пример такой размытой нормы.

Доктрина необоснованной налоговой выгоды (в зарубежном праве обычно именуемая доктриной деловой цели) предоставляет суду возможность определить, является ли полученная налогоплательщиком в соответствии с буквой закона налоговая выгода обоснованной или необоснованной. Этот вывод основывается на разрешении судом вопроса о том, обусловлена ли применяемая налогоплательщиком схема деятельности исключительно целями налоговой экономии или же она имеет независимую деловую цель. Данный вопрос разрешается не на основании каких-то формальных правил, а с учетом всех обстоятельств дела в совокупности. Если выгода необоснованная, то налогоплательщик ее лишается, то есть ему доначисляется налог, как если бы применяемой им искусственной схемы не было.

Однако в тех случаях, когда об искусственных схемах обхода налога речи нет, принцип определенности налогового права должен применяться с максимальной жесткостью. Именно такой вывод можно сделать из обсуждавшегося дела «Новой табачной компании». Убедившись в том, что налогоплательщик не пытался уйти от налога, замаскировав дивиденды под проценты, Верховный суд без колебаний истолковал в пользу налогоплательщика невнятные положения Кодекса, касающиеся налогообложения сверхнормативных процентов по контролируемой задолженности. Это одна из редких хороших новостей для налогоплательщика, ведь в последнее время суды все чаще разрешают любые спорные вопросы налогового права не в его пользу.

Зарегистрируйтесь и продолжите читать статью! Это БЕСПЛАТНО и займет всего одну минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пожалуйста, проверьте почту
Ввести
Я тут впервые
Регистрация займет
не больше минуты!
Введите логин
Неверный логин или пароль
Неверный логин или пароль
Введите пароль

 

Слово редактора

Евгений Тимин
главный редактор
glred@nalogplan.ru
Маркетологи очень хотят, чтобы я в этой редакционной колонке на пальцах доказал вам, что необходимо продлить подписку на 2017 год. Иначе… иначе… конец света! А я вот, напротив, думаю, что переподписываться на журнал не стоит.

Подумаешь! Не продлили вы подписку. Стали узнавать о налоговых угрозах с опозданием. Из-за этого совершили ошибку. Она обернулась многомиллионными доначислениями. Против директора и главбуха возбудили уголовное дело. Им дали условный срок. Ничего страшного!

Читать далее >>

Подписка

Сервисы