Журнал о том, как безопасно сэкономить на налогах

Как сохранить конфиденциальность бенефициара после введения правил о КИК

5 февраля 2015   612  

Как действовать бенефициарам, которые решили раскрыться

Косвенное владение КИК не спасет от уведомлений

Нужно позаботиться о создании присутствия КИК за рубежом

С  1 января 2015 года вступил в силу особый порядок налогообложения прибыли иностранных компаний (далее — КИК) и доходов иностранных организаций, контролируемых российскими налоговыми резидентами (гл.3.4 НК РФ, введена Федеральным законом от24.11.14 №376-ФЗ, далее — Закон № 376ФЗ). Поэтому сейчас каждый, кто применяет иностранный корпоративный элемент в своем бизнесе (а это как физические, так и юридические лица), встал перед необходимостью оперативно понять суть этих изменений*. И в срочном порядке внести существенные корректировки в методику работы своих иностранных компаний.

* Подробнее о новых правилах читайте в статье «Как изменится налоговое планирование после появления режима контролируемых компаний» в «ПНП» № 1, 2015.

За несоблюдение нового порядка установлены серьезные штрафы

Закон №376-ФЗ вводит обязанность налоговых резидентов РФ сообщать в налоговые органы об участии в иностранных организациях (не позднее одного месяца с момента возникновения такого участия либо не позднее 1 апреля 2015 года, если участие возникло ранее 2015 года), об учреждении иностранных структур без образования юридического лица (подп. 1, 2 п. 3.1 ст. 23, подп. 1 п. 1 ст. 25.14 НК РФ). А также о КИК, в отношении которых резиденты РФ являются контролирующими лицами (подп. 3 п. 3.1 ст. 23, подп. 2 п. 1 ст. 25.14 НК РФ).

Однако не все российские собственники офшорных компаний собираются выполнять требования Закона №376-ФЗ. Поскольку в большинстве случаев решение о создании иностранной организации было связано именно с тем, что владельцы хотели вести бизнес через офшор анонимно. То есть чтобы налоговым органам было неизвестно о том, кто владеет компанией и имуществом, которое ей принадлежит. А также о том, кто управляет капиталом и является конечным бенефициаром. Конечно, у каждого собственника свои причины, в связи с которыми он стремится сохранить конфиденциальность и анонимность. Например, опасность рейдерских захватов, особая семейная ситуация, получение налоговой экономии. Они, вероятно, выберут модель игнорирования режима КИК.

Таких «скрытых офшорников» можно условно разделить на две группы: тех, кто ничего не изменит в своем бизнесе, и тех, кто внесет существенные коррективы. Причем те, кто ничего не изменит, поступают так либо по незнанию, либо из-за привычки игнорировать налоговые риски, что огорчает. В любом случае все они сильно рискуют. Ведь если вскроется их участие в КИК, то нарушителям не избежать штрафов. К примеру, штраф за непредставление уведомления об участии составляет 50 тыс. рублей в отношении каждой иностранной компании (п. 2 ст. 129.6 НКРФ). Штраф за непредставление контролирующим лицом уведомления о КИК за календарный год — 100 тыс. рублей в отношении каждой такой компании (п. 1 ст. 129.6 НКРФ). Если контролирующее лицо не представит финансовую отчетность и аудиторское заключение вместе с декларацией, то ему грозит штраф в размере 100 тыс. рублей (п. 5 ст. 25.15, п. 1.1 ст. 126 НК РФ). Если контролирующее лицо не включит в налоговую базу долю прибыли контролируемой компании, штраф равен 20 процентам от суммы неуплаченного налога, но не менее 100 тыс. рублей (ст. 129.5 НКРФ).

Многие собственники не могут определить модель поведения из-за вероятности офшорной амнистии

Несмотря на это, есть люди, готовые смириться со штрафом в размере 50 тыс. рублей и уплатить его только потому, что пока не могут определиться с моделью поведения. И стоят сейчас перед выбором: легализовать владение контролируемой иностранной компанией или подождать. Многие собственники продолжают бояться, что такая легализация потянет за собой шлейф старых грехов, не все из которых попадут под обещанную в законопроекте № 642129–6 офшорную амнистию (проект Федерального закона № 6421296 «О порядке возврата активов в РФ»). Да и с амнистией пока не все ясно, поскольку данный законопроект только внесен в Государственную думу.

К тому же тот вариант проекта, который анонсирован, противоречит принципам FATF. Так как стандарты FATF не предусматривают даже частичного освобождения от соблюдения правил в сфере противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма. Несоблюдение этих правил грозит серьезными международными последствиями, вплоть до попадания страны в «черный» список FATF. Конечно, если бы законопроект об амнистии был принят одновременно с введением режима КИК, то владельцам офшорных компаний было бы проще определиться с моделью поведения.

«Скрытым офшорникам» сложно надеяться на то, что проверяющие не узнают об их бизнесе. Поскольку даже сейчас контролеры нередко получают нужную информацию от своих иностранных коллег. Пока не в рамках специального запроса, а инициативно, но и этого достаточно. К примеру, ООО «Орифлэйм Косметикс» не удалось убедить судей в том, что обвинения, предъявленные УФНС России по г. Москве, несправедливы. Поскольку контролеры представили аргументы, доказывающие вину налогоплательщика. Причем доказательства были получены благодаря сотрудничеству с коллегами из Нидерландов и Люксембурга (решение Арбитражного суда г.Москвы от04.12.14 №А40-138879/2014).

Дополнительный источник информации для контролеров — иностранные банки. Банкирам, особенно из стран, давно вставших на путь международного сотрудничества по противодействию уклонению от уплаты налогов, не с руки попасть в категорию лиц, потворствующих налоговым уклонистам. А ведь в каждом банке, где открыты счета иностранных компаний, знают и имена их бенефициаров, и имена тех, кто дает инструкции по управлению счетом.

Причем любопытствующим структурам (например, налоговым органам) о тех, кто дает инструкции по управлению счетом, узнать проще. Так как соответствующее законодательство не устанавливает строгих запретов в отношении вопросов сохранения анонимности этих лиц. Это весьма несложный метод, если учесть, что бенефициары, как правило, желают сами управлять банковским счетом, не доверяя эту функцию иностранному провайдеру.

Кстати, как российский бенефициар обычно получает доход от своего офшора? Получать его на личный счет в иностранном банке становится слишком рискованным. Начиная с 1 января 2015 года каждый российский резидент обязан представлять российским налоговым органам отчеты о движении средств по счетам в банках за пределами РФ с подтверждающими банковскими документами (п. 7 ст. 12 Федерального закона от10.12.03 №173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле»). Интересно, что скажет владелец иностранной компании фискалам после того, как они получат информацию обо всей истории зачислений и списаний со счета в офшорном банке? Причем иностранные провайдеры, которые регистрируют офшорные компании, как правило, также готовы сотрудничать с правоохранителями, чтобы сохранить свою лицензию на право предоставления фидуциарных услуг.

При владении КИК через траст и офшор уведомление все-таки нужно подать

На практике есть заблуждение, что если преобразовать структуру бизнеса, сделав владение холдинговой контролируемой компанией косвенным (через офшор и траст — см. схему), то российский собственник иностранных компаний сможет сохранить конфиденциальность. И не декларировать наличие контролируемой компании.

Структура владения контролируемой компанией через траст и офшорную организацию

Однако на этом примере мы видим, что, хотя офшор и владеет всего лишь 25 процентами акций холдинговой компании, российский бенефициар выступает 100-процентым владельцем акций офшорной организации. Поэтому не важно, осуществляет собственник владение холдинговой компанией напрямую или через номинального акционера. Ведь над офшорной организацией у него полный контроль. Значит, российский бенефициар должен подать уведомление об участии в холдинговой компании (подп. 1 п. 3.1 ст. 23 НКРФ).

Если же бенефициар не сделает этого, у налоговиков в любом случае возникнет резонный вопрос о том, кто же осуществляет управление этими структурами. Если это иностранные директора, то желательно, чтобы ими являлись реальные «не массовые» лица, способные эффективно исполнять свои обязанности. А их зарплата, квалификация и деловой опыт соответствовали размеру активов компании, которые находятся под их управлением. Если же окажется, что эти люди номиналы, то контролеры могут заявить, что холдинговой компанией управляет российский бенефициар. А значит, у этой структуры российское резидентство (подп. 3 п. 1 ст. 246.2 НКРФ). Следовательно, холдинговая компания должна состоять на учете в российских налоговых органах, сдавать отчетность и платить налоги в России. Поэтому смысла в ее использовании нет.

Трасты и семейные фонды не спасут от раскрытия личности бенефициара

На практике существует мнение: если «упаковать» иностранные активы в траст, то личность бенефициара не раскроется. Однако это не так. К примеру, сведения о бенефициарах знает банк, в котором открыты счета траста, а также компаний, акции которых внесены в траст. Кроме того, у любого доверительного собственника (трасти), который осуществляет управление ресурсами траста, есть регулятор, который может получить от него любую информацию о трасте. Регуляторы — это госорганы или профессиональные объединения специалистов (например, адвокатов), которые настроены на сотрудничество с коллегами из налоговых органов и органов прокурорского надзора других стран. Таким образом, профессиональная практика показывает, что конфиденциальность и анонимность в отношении трастов — это заблуждение.

Наверняка многие собственники попытаются сделать номинальным бенефициаром некое доверенное лицо (друга, родственника). Однако такие действия таят в себе множество опасностей. Поскольку управлять компанией с номинальным бенефициаром технически сложно из-за необходимости получения подписей на документах, а также присутствия его на встречах. К тому же фиктивного владельца раскусят очень быстро как банкиры, так и специалисты компании-провайдера фидуциарных услуг. Причем ни первые, ни вторые не будут потакать подобному порядку, ведь они рискуют своей лицензией, а значит и бизнесом. Кроме того, если с подставным владельцем что-то случится, то реальный бенефициар не сможет претендовать на иностранные активы в качестве наследника.

Отметим также, что определенная степень конфиденциальности присутствует в случае использования иностранных семейных фондов. Но и они неэффективны при профессиональных налоговых расследованиях. Примечательно, что при назначении бенефициаров в фондах или трастах можно указывать не фамилию и имя конкретного лица, а категорию лиц. Например, «мои внуки, которые будут рождены после 2017 года в законных браках». Это интересный сценарий, но он имеет узкое использование и его сложно применять при активном ведении бизнеса. Причем это не спасет от раскрытия информации об учредителе фонда или траста, протекторе или любом другом лице, которое имеет влияние на трасти.

Нередко российские бенефициары создают фонды и компании на Каймановых островах. Тем самым они пытаются уйти от обвинений в управлении личной иностранной компанией. При этом у каждого клиента небольшая доля акций в закрытом фонде на Кайманах, например, всего 1 процент. Действительно, такой размер доли не приведет к обязанности клиента-бенефициара заявлять о своем участии в иностранной компании. Далее фонд становится единственным акционером нерезидентной компании, контролируемой бенефициаром.

При первом рассмотрении решение с фондом кажется безупречным. Но и у него есть свои подводные камни. Например, представим ситуацию, при которой у одного из российских клиентов арестовывают имущество, находящееся в России. Это имущество является собственностью иностранной компании, акциями которой владеет фонд. Однако этих активов недостаточно для покрытия обязательств перед третьими лицами. Тогда у российских госорганов возникает соблазн удовлетворить эти обязательства за счет иного имущества фонда, зарегистрированного на Каймановых островах. Ведь у фонда имеются акции иных компаний, функционирующих под управлением других клиентов, а в этих компаниях есть имущество. В этой ситуации нельзя с полной уверенностью утверждать, что российские власти не арестуют это имущество только потому, что по законодательству Каймановых островов такие действия не допускаются.

Есть смысл позаботиться о достаточном присутствии компании за рубежом

Каждый год российские законодатели устанавливают все новые правила, вынуждающие иностранные компании раскрывать личность бенефициара. К примеру, при открытии счетов в иностранных и российских банках. Если этого не сделать, то банк имеет право отказать в открытии счета или в обслуживании уже существующего. Кроме того, с 1 января 2015 года российские госорганы обязаны получить информацию о бенефициаре, владеющем недвижимым имуществом на территории России, независимо от того, каким образом структурировано владение им. Эти правила касаются также участия бенефициаров в тендерах и получения ими кредитования.

По этим причинам, а также в связи с введением порядка обложения прибыли КИК часть российских бенефициаров, скорее всего, решит легализовать свои иностранные компании. Некоторые из них просто ликвидируют контролируемые компании*, а активы, находящиеся на их балансе, переоформят на себя или на свои российские предприятия. Безусловная офшорная амнистия (законопроект № 642129–6) добавила бы им решительности при таком сценарии. Другие бенефициары постараются иностранные компании сохранить.

* Подробнее о процедуре ликвидации КИК читайте в статье «Справочник понюансам ликвидации компаний вразличных юрисдикциях».

Однако есть опасность, что эти иностранные организации могут быть признаны налоговыми резидентами РФ. В этом случае они будут обязаны уплачивать налоги по российским правилам (ст. 306 НКРФ). Впрочем, для этого проверяющие должны доказать возникновение на территории РФ постоянного представительства иностранной компании. Только тогда все полученные через него компанией-нерезидентом доходы будут облагаться налогом на прибыль по ставке 20 процентов (п. 6 ст. 307, п. 1 ст. 284 НК РФ).

Поэтому необходимо уже сейчас позаботиться о создании так называемого достаточного присутствия компании за рубежом (substance)**. И тем самым избежать возникновения постоянного представительства. Создание достаточного присутствия означает наличие:

  • реального офиса за границей (собственного или арендованного);
  • реального директора (самостоятельно принимающего решения, с рыночной зарплатой и квалификацией, соответствующей профилю компании);
  • иных специалистов, обеспечивающих деятельность организации (например, ведение бухгалтерии).

При этом желательно избегать управления счетами непосредственно из России, выпуска доверенностей, кроме как для решения конкретных, точечных задач, а также проведения большей части собраний совета директоров в России (ст. 246.2 НКРФ).

** Подробнее об этом читайте в статье «Кипр изменился, носохранил налоговую привлекательность» в «ПНП» № 12, 2014.

Самое простое решение для собственника — самому переехать за границу

Конечно, деятельность иностранной компании должна быть реальной, а не просто направленной на достижение налоговой экономии у дружественной российской структуры. Самое простое решение для бенефициара — переехать за границу и оттуда самому управлять иностранной компанией. В этом случае его иностранные структуры вообще не будут квалифицироваться как КИК. Поскольку контролирующее их лицо не будет являться налоговым резидентом России (подп. 2 п. 1 ст. 25.13 НКРФ).

Но иммиграция на практике возможна не для всех. Поэтому придется поискать достойного кандидата на должность директора иностранной организации. Если же контролируемых предприятий много, то можно создать управляющую компанию, которая будет назначена корпоративным директором для нескольких нерезидентных структур.

Впрочем, такие услуги могут оказывать и некоторые иностранные провайдеры, если в их группе уже есть организации, имеющие лицензии на инвестиционные услуги или управление недвижимостью. Тогда дело будет за малым: назначить эту лицензированную компанию директором и обеспечить ее отдельным офисом и секретарем. Торговым (производственным) компаниям будет необходим собственный управленческий и технический персонал.

При этом возникает ключевой вопрос о том, в какой стране зарегистрировать холдинговую компанию. Очевидно, что это должна быть юрисдикция, с которой у России имеется налоговое соглашение об избежании двойного налогообложения с оптимальными условиями по налогу у источника выплаты дивидендов, процентов и роялти. Желательны также отсутствие обложения доходов в виде прироста капитала и от операций с ценными бумагами, низкая базовая ставка налога на прибыль, транспортная доступность, англо-саксонская система права и развитый сектор бизнес-услуг. Всем этим критериям, к примеру, отвечает Республика Кипр.

Как уже говорилось выше, если бенефициаром иностранной компании выступает резидент РФ, то она с высокой долей вероятности будет квалифицироваться как КИК. А это означает, что российский бенефициар должен будет заплатить с нераспределенной прибыли КИК либо налог на прибыль по ставке 20 процентов, либо НДФЛ по ставке 13 процентов (п. 2 ст. 25.15, п. 1 ст. 284, п. 1 ст. 224 НК РФ). Конечно, есть вариант, когда вся прибыль в виде дивидендов распределяется российскому акционеру.

Но этот сценарий не всегда оправдан с точки зрения ситуации в конкретной компании. К примеру, на Кипре ставка налога на прибыль составляет всего 12,5 процента. А при использовании специальных правил (например, режима IP-Box) налоговые издержки на Кипре и в России (даже с учетом получаемых при необходимости дивидендов) будут несущественными, то есть никак не более 13 процентов.

Можно, конечно, создать контролируемую компанию в юрисдикции, где эффективная налоговая ставка будет не менее 75 процентов от средневзвешенной ставки по налогу на прибыль в России. Тогда нераспределенная прибыль КИК не будет подлежать налогообложению в России ни при каких условиях (подп. 3 п. 7 ст. 25.13 НКРФ). Но понятно, что ни о какой минимизации налогов в этом случае речи идти не может. Следовательно, основная часть бенефициаров будет создавать компании в юрисдикциях, которые имеют действующее соглашение об избежании и сотрудничают с Россией в сфере обмена налоговой информацией.

 

Зарегистрируйтесь и продолжите читать статью! Это БЕСПЛАТНО и займет всего одну минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пожалуйста, проверьте почту
Ввести
Я тут впервые
Регистрация займет
не больше минуты!
Введите логин
Неверный логин или пароль
Неверный логин или пароль
Введите пароль

 

Слово редактора

Евгений Тимин
главный редактор
glred@nalogplan.ru
Маркетологи очень хотят, чтобы я в этой редакционной колонке на пальцах доказал вам, что необходимо продлить подписку на 2017 год. Иначе… иначе… конец света! А я вот, напротив, думаю, что переподписываться на журнал не стоит.

Подумаешь! Не продлили вы подписку. Стали узнавать о налоговых угрозах с опозданием. Из-за этого совершили ошибку. Она обернулась многомиллионными доначислениями. Против директора и главбуха возбудили уголовное дело. Им дали условный срок. Ничего страшного!

Читать далее >>

Подписка

Сервисы