Журнал о том, как безопасно сэкономить на налогах

Действия оперативников не помешали нам отстоять возмещение НДС в суде

24 августа 2012   1223  

Наша компания приобрела недвижимость у предприятия-банкрота. Цена на имущество была установлена на открытых торгах, которые проводил конкурсный управляющий. Далее мы заявили по этой недвижимости НДС к возмещению из бюджета. После проведения двух камеральных проверок налоговики перечислили сумму возмещения на наш расчетный счет. Однако через год инспекторы начали выездную ревизию и отказали в возмещении НДС.

Наша компания приобрела недвижимость у предприятия-банкрота. Цена на имущество была установлена на открытых торгах, которые проводил конкурсный управляющий. Далее мы заявили по этой недвижимости НДС к возмещению из бюджета. После проведения двух камеральных проверок налоговики перечислили сумму возмещения на наш расчетный счет. Однако через год инспекторы начали выездную ревизию и отказали в возмещении НДС.

Мы не согласились с такими действиями контролеров и оспаривали доначисления в нескольких судебных инстанциях. Решение, вынесенное инспекцией, было признано полностью недействительным и отменено.

Нас обвинили в создании схемы по незаконному возмещению НДС из бюджета

Проверяющие заявили, что имущество было приобретено исключительно с целью возмещения НДС. По мнению контролеров, сделки купли-продажи совершались между взаимозависимыми лицами. Так как у участников были совпадения в должностных лицах, учредителях, а расчеты проводились с разницей в один-два дня.

Также признаком схемы контролеры сочли тот факт, что расчеты за приобретенные объекты осуществлялись за счет средств, полученных по займу от конкурсного кредитора предприятия-банкрота.

Кроме того, от банкрота НДС в бюджет не поступил. Что при банкротстве не является нарушением процедуры (Федеральный закон от 26.10.02 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Проверяющие также решили, что вычет не положен и по причине невозможности использования приобретенного объекта в деятельности, облагаемой НДС. Дело в том, что, по их мнению, приобретенная недвижимость требовала ремонта, но при проведении осмотров не обнаружено признаков работ, связанных с доведением объектов до рабочего состояния.

Однако лицензированные специалисты к осмотру не привлекались. В акте и решении контролеры ссылаются на мое мнение о плохом состоянии объектов. Несмотря на то, что протокол с моими словами в материалах дела отсутствует.

Прежде всего наша компания решила оспорить решение инспекции по выездной проверке в вышестоящий налоговый орган. В удовлетворении апелляционной жалобы нам отказали. Тогда мы обратились в арбитражный суд. В первой и апелляционной инстанциях защищались сами. Однако суд полностью встал на сторону инспекции.

Оказалось, что у сотрудников ОБЭП в машине всегда есть топор

В период рассмотрения дела в первой инстанции меня и директора неоднократно вызывали в ОБЭП для дачи показаний. Мы поясняли, что действовали в соответствии с законодательством. И решение о возмещении налоговики приняли после проведенных камеральных проверок. Более того, мы представили копии всех документов по возмещению с письменными пояснениями.

Сейчас я понимаю, что на стадии сбора доказательств милицией нам нужно было молчать, ссылаясь на право не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников (п. 1 ст. 51 Конституции РФ). Оперативники ждали от нас любых показаний, чтобы потом трактовать их в свою пользу.

Интересным является тот факт, что инспектор, проводивший выездную ревизию, уже проверял две наши компании. В обоих случаях были значительные суммы доначислений и полная наша победа в судах. Поэтому на этот раз ОБЭП привлекли как фактор давления.

Перед заседанием суда апелляционной инстанции милиционеры решили провести «осмотр места происшествия». Утром в мой кабинет внезапно зашли восемь человек, предъявили свои удостоверения, привели понятых. Оперативники перерыли шкафы с документами и изъяли все, что относилось к факту приобретения недвижимого имущества. И это несмотря на мои возмущенные пояснения, что указанные документы служат доказательствами в суде, который состоится в ближайшие дни.

Затем оперативники пошли в кабинет директора. Он в тот момент в офисе отсутствовал, дверь была закрыта. Но оказалось, что у сотрудников ОБЭП в машине всегда есть топор. С помощью него они и взломали дверь. Все это было заснято ими же на видеокамеру.

Далее проверяющие приступили к осмотру моего компьютера и тут, к счастью, выключилось электричество во всем офисе. Я отпустила всех сотрудников по домам. В это время на улице уже стемнело, картина была жутковатая.

Нам объявили, что после осмотра кабинета проверят сейфы нашего директора и руководителя компании-банкрота. В случае если сейфы не смогут открыть, их изымут. После вскрытия двери топором я уже ничему не удивлялась. Мне удалось дозвониться до директора, чтобы он подъехал в офис. Владелец другого сейфа был в отпуске. Мы просили оставить сейф опечатанным до его приезда. Однако оперативники изъяли и его, и все документы на столе, даже не относящиеся к возмещенному НДС.

Владелец сейфа приехал из отпуска и вышел на работу. Представляете его удивление, когда он пришел, сел за свой стол и не увидел рядом сейфа. Оказывается, перед отъездом он положил туда ключи от своей машины, а также водительские права.

Поэтому на следующий день, узнав код, я поехала в ОБЭП «выручать» сейф. Но он не открывался, видимо, пока его везли, растрясли замок. Пришлось вызывать специалиста из магазина, где покупали сейф. Он высверливал замок более двух часов. В итоге, когда наконец оперативники произвели осмотр сейфа, кроме личных документов, ничего там не нашли.

Готовиться к суду апелляционной инстанции на фоне всего этого было сложно. Апелляция оставила в силе решение суда первой инстанции. Теперь-то мы знаем, что, если первая инстанция отказала, то в апелляцию самим идти нельзя. Нужно нанимать специалистов.

После того как апелляционный суд отказал нам, завели уголовное дело на директора. Правда, нас об этом никто не известил. Через несколько месяцев в офис снова пришли оперативники. На этот раз с постановлением о производстве обыска. Тогда и сообщили о возбуждении уголовного дела. Во время этого обыска из кабинетов забрали практически все документы. Но так как брать уже было почти нечего, унесли еще системный блок от моего компьютера.

В ОБЭП на дачу показаний мы ходили с адвокатами. Директор получил статус подозреваемого, а я статус свидетеля. Милиционеры пытались свести все к «группе лиц» и согласованным действиям. Больше всего уточняли, кто кого с какого времени знает. Меня пытались вывести на показания против директора. Как свидетель я была обязана их давать. Но, поскольку в документах была формулировка «руководство предприятия», я пояснила, что рассматриваю должность главбуха как руководящую, следовательно, могу отказаться давать показания против себя самой.

На допросах мы письменно и устно поясняли, что имущество куплено на открытых торгах, документы по купле-продаже оформлял конкурсный управляющий. И вся сделка рассмотрена и одобрена судом по банкротству. Кроме того, деньги, полученные из бюджета, расходовались на приобретение строительных материалов и на оплату налогов по земле и имуществу. Несмотря на наши доводы, следователь предъявлял претензии, что все документы – подделка, а имущество не может быть использовано в производственной деятельности. А все действия направлены на создание схемы возмещения НДС из бюджета.

Доказать свою версию событий проверяющие в суде не смогли

Началась «работа над ошибками». Мы наняли опытных адвокатов, и кассационный суд вернул дело в первую инстанцию на новое рассмотрение. Причем не по формальным признакам, а по существу (постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 13.07.11 № Ф09-3543/11-С2). При новом рассмотрении судьи уже встали на нашу сторону (решение Арбитражного суда Пермского края от 02.11.11 № А50-17361/2010).

Затем состоялся апелляционный суд (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.12 № 17АП-733/2011-АК). Налоговики по-прежнему упирали на отсутствие документов, подтверждающих выполнение каких-либо работ по доведению объектов до состояния, позволяющего использовать их в операциях, облагаемых НДС. И на то, что недвижимость фактически не эксплуатировалась.

Контролеры утверждали, что объекты не могли приносить экономической выгоды как в момент приобретения, так и позднее. А мне и директору об этом должно было быть доподлинно известно. Поскольку мы занимали соответствующие должности на обанкротившемся предприятии за два года до совершения сделки.

Однако в суде мы пояснили, что в среднем физический износ приобретенных объектов составляет не более 43 процентов, что позволяет использовать значительную их часть по назначению без проведения ремонта. К тому же при осмотре сами контролеры отметили, что имущество частично использовалось для размещения оборудования и сдачи в аренду. Что же касается неиспользуемой недвижимости, компания вынуждена была приобрести ее против своей воли, так как на торги все имущество было выставлено одним лотом.

В результате суд встал на нашу сторону (постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 31.05.12 № Ф09-3543/11), указав, что первичные документы содержат все налогозначимые сведения о субъектах, дате и содержании операций и подтверждают реальность сделок. Кроме того, вексельной схемы, кругового движения и обналички не было выявлено. Возвращение к нашей компании денежных средств через цепочку контрагентов инспекция не доказала. Как и согласованность действий участников сделки.

Судьи согласились с тем, что, раз имущество отчуждалось в процессе банкротства на открытых торгах, сговор по цене исключен. А что касается оплаты имущества за счет займов, налоговики не приняли во внимание то обстоятельство, что часть займов погашена. Наличия действий, направленных на создание схемы уклонения от уплаты налогов, не выявлено. Уголовное дело закрыли, все документы и системный блок нам вернули.

Зарегистрируйтесь и продолжите читать статью! Это БЕСПЛАТНО и займет всего одну минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пожалуйста, проверьте почту
Ввести
Я тут впервые
Регистрация займет
не больше минуты!
Введите логин
Неверный логин или пароль
Неверный логин или пароль
Введите пароль

 

Слово редактора

Евгений Тимин
главный редактор
glred@nalogplan.ru
Маркетологи очень хотят, чтобы я в этой редакционной колонке на пальцах доказал вам, что необходимо продлить подписку на 2017 год. Иначе… иначе… конец света! А я вот, напротив, думаю, что переподписываться на журнал не стоит.

Подумаешь! Не продлили вы подписку. Стали узнавать о налоговых угрозах с опозданием. Из-за этого совершили ошибку. Она обернулась многомиллионными доначислениями. Против директора и главбуха возбудили уголовное дело. Им дали условный срок. Ничего страшного!

Читать далее >>

Подписка

Сервисы