Журнал о том, как безопасно сэкономить на налогах

Схемы, по которым налоговики доказали получение необоснованной выгоды

10 января 2010   4001  

  • Как доказывают схему с присоединением убыточной компании
  • Почему оплата векселем может привести к доначислению НДФЛ
  • Размер комиссии по факторингу вызвал сомнения у проверяющих

Наш журнал продолжает* рассказывать о схемах уклонения от уплаты налогов, которые выявили московские налоговики в ходе проверок в III квартале 2009 года. Поскольку этот документ был разослан по всем региональным УФНС для использования в работе, то содержащаяся в нем информация может быть интересна читателям из любого региона.

Присоединение компании с искусственно созданным убытком

Получив заявление о реорганизации налогоплательщика, инспекторы заподозрили получение необоснованной налоговой выгоды. Причина – присоединяемая компания была убыточной. Ее было решено проверить на выезде.

В ходе контрольных мероприятий инспекторы выяснили, что убыточная компания А получила крупный заем на ведение основной торговой деятельности от организации Б. Причем должник и кредитор имели общих учредителей. Проценты по этому обязательству заемщик учитывал в налоговых расходах, что и послужило причиной убытка. Никаких доходов в рассматриваемый период не было (см. схему 1).

Сомнения налоговиков возросли, когда выяснилось, что полученный заем был потрачен не на основную деятельность. В частности, компания приобрела контрольные пакеты (доля более 50%) в уставных капиталах двух дружественных компаний В и Г. Оставшиеся деньги были безвозмездно переданы этим органи-зациям с использованием льготы, предусмотренной подпунктом 11 пункта 1 статьи 251 НК РФ.

Получается, вся сумма займа была перечислена дружественным партнерам без возникновения налоговой нагрузки. В дальнейшем компании В и Г присоединились к головной организации группы.

В итоге налоговики сделали вывод о том, что в проверяемом периоде компания А не планировала осуществлять свою основную деятельность – оптовую торговлю. Следовательно, расходы в виде процентов по займу не были направлены на получение дохода. Кроме того, величина ее чистых активов на протяжении нескольких последовательных налоговых периодов меньше размера уставного капитала. Следовательно, она подлежит ликвидации.

Организации было отказано в признании процентов в составе налоговых расходов. Это свело убыток компании для целей налогообложения к минимуму.

Аргументы налоговиков выглядят обоснованными, но небезупречными. Во-первых, утверждения инспекторов о том, что заемщик не планировал получать доход от деятельности, голословны. Ведь те же финансовые вложения в уставные капиталы других компаний могли принести в будущем доход в виде дивидендов.

Во-вторых, вопрос о целевом использовании заемных средств спорный. Суды не раз приходили к выводу, что заемные средства при поступлении на расчетный счет обезличиваются, поэтому нельзя сказать, что именно они были потрачены тем или иным образом (например, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.09 № 09АП-9184/2009-АК).

В-третьих, проценты по займу, сформировавшие убыток, были учтены в доходах организации, входящей в ту же самую группу. В итоге бюджет не пострадал, поскольку сведений о том, что заимодавец применял «упрощенку» или находился на кассовом методе, налоговики не приводят.

Факторинговая схема позволила вывести 9 млрд рублей в офшор

Следующая схема беспрецедентна по своим масштабам. За три налоговых периода нескольким компаниям удалось вывести из-под российского налогообложения более 9 млрд рублей.

Дочерние организации одного из крупнейших российских нефтетрейдеров приобретали у поставщиков материалы и работы. Оплата производилась с помощью безотзывных аккредитивов по предъявлению документов, подтверждающих исполнение сделки (см. схему 2).

Однако поставщики материалов и исполнители работ, не дожидаясь получения денег по аккредитиву, заключали договоры факторинга с одним и тем же банком. Финансирование от фактора они получали всего за два–пять дней до возможного получения денег по аккредитиву. Причем стоимость услуг банка колебалась от 19 до 35 процентов от суммы обязательства. Эту комиссию компании учитывали в составе налоговых расходов, а НДС предъявляли к вычету.

Налоговикам такая ситуация показалась крайне подозрительной – вознаграждение фактора составляло миллионы рублей по каждой сделке.

При дальнейшей проверке выяснилось, что банк, получающий комиссию по факторинговой сделке, не является конечным получателем этих доходов. По условиям агентского договора он действовал в интересах компании, зарегистрированной на Британских Виргинских островах, имеющей постоянное представительство в России. Доходами самого банка являлось лишь агентское вознаграждение в размере 0,05 процента от стоимости факторинговых услуг. С этой суммы банк и уплачивал в бюджет налог на прибыль и НДС.

Руководство постоянного представительства в свою очередь сослалось на то, что вся документация по деятельности компании находится в российской организации, которой поручено ведение бухгалтерского учета иностранной организации. Она ответственна за подачу налоговых деклараций и уплату налогов.

Но эту компанию проверяющие не смогли найти. Отчетность она не сдавала, налоги не платила, по юридическому адресу не находилась. Исходя из налоговых деклараций, которые предоставляла эта компания за постоянное представительство, следовало, что либо виргинская компания недоплатила налоги с полученных от банка сумм, либо и она тоже не является конечным получателем этих доходов.

Так и оказалось. Представители иностранной компании передали налоговикам копию договора с кипрской организацией, в соответствии с которым виргинская компания являлась агентом по предоставлению услуг факторинга. Поэтому ее доходом являлась лишь сумма агентского вознаграждения. Что же касается кипрской компании, то поскольку она не имела постоянного представительства в России, ее доходы от предпринимательской деятельности подлежали налогообложению только на Кипре.

Таким образом, со стоимости факторинговых услуг налоги в России уплачены не были. Это укрепило налоговиков в мысли о том, что они имеют дело со схемой уклонения от налогообложения.

В решении они указали, что ставка в размере 19–35 процентов от стоимости долга за пользование деньгами в течение двух–пяти дней является экономически не обоснованной. Ведь это составляет около 2000–2500 процентов годовых. Проверяющие отметили, что если поставщики настолько сильно нуждались в финансировании в эти пять дней, они могли привлечь банковский кредит на значительно более льготных условиях. Поэтому соответствующие расходы и суммы НДС были исключены из налоговой базы компаний.

У налогоплательщика есть неплохие шансы оспорить решение налоговиков. Конституционный суд в определении от 04.06.07 № 320-О-П прямо указал, что чиновники не имеют права оценивать целесообразность расходов. Но риск проиграть все же остается.

Анализируя декларацию по НДФЛ, налоговики раскрыли «обналичку»

Достаточно редкий случай. В обзор была включена схема уклонения от НДФЛ. Учитывая, что основную роль в доказывании схемы налоговики отвели сведениям, полученным от юрлиц, ее описание будет интересно и компаниям.

Некая гражданка подала в инспекцию декларацию по НДФЛ, отразив в ней продажу доли в уставном капитале компании А. Доходы от реализации при этом были уменьшены на сумму документально подтвержденных расходов (см. схему 3).

Однако у налоговиков появились сомнения. Во-первых, гражданка приобрела спорную долю у компании Б, которой сама же и руководила. Во-вторых, оплатила она покупку банковскими векселями. Инспекторы поинтересовались, где проверяемая налогоплательщица раздобыла эти векселя.

Оказалось, что ценные бумаги были переданы ей компанией Б в результате новации договора займа в договор купли-продажи векселей. По словам налогоплательщицы, она на протяжении нескольких лет давала деньги взаймы собственному предприятию. При этом пояснить, откуда она брала на это деньги, гражданка отказалась, сославшись на плохую память.

Чтобы подтвердить реальность займов, налоговики затребовали у компании Б карточку счета 50 «Касса» за интересующие периоды. В ней действительно было отражено поступление в кассу крупных сумм. Но главный бухгалтер компании призналась, что оформляла приходные кассовые ордера по указанию директрисы, однако самих денег не видела.

Из того же документа налоговикам стало известно, что сразу после оприходования деньги выдавались из кассы предприятия неким поставщикам за закупленную у них сельхозпродукцию. Налоговики запросили у компании Б копии расходных кассовых ордеров, но получили отказ. Причина – данные документы не имеют никакого отношения к налогоплательщице, в отношении которой проводится проверка. Несмотря на это, проверяющим все равно удалось собрать сведения об этих компаниях.

Оказалось, что все они обладают признаками «однодневок»: не сдают отчетность и не платят налогов, их руководители отрицали свое участие в деятельности этих компаний. Кроме того, анализ движения денег по банковским счетам этих контрагентов не подтвердил факта передачи в банк наличных, полученных от компании Б.

Результатом этого увлекательного расследования стал отказ налоговиков предоставить гражданке вычет по НДФЛ в размере фактически понесенных расходов на приобретение доли. Проверяющие указали, что банковские векселя, которыми была оплачена доля, получены проверяемой налогоплательщицей безвозмездно. Исходя из этого был доначислен НДФЛ, штрафные санкции и пени.

По мнению налоговиков, им удалось раскрыть «схему обналичивания денежных средств организаций и ухода от уплаты налога на доходы».

По нашему мнению, аргументы налоговиков весьма сомнительны. Во-первых, расходы физического лица подтверждены документально. Во-вторых, направление расходования денег компанией Б не имеет значения для подтверждения вычетов по НДФЛ. В-третьих, тот факт, что заимодавец и директор компании-заемщика – одно и то же лицо, не доказывает фиктивности договора займа.

Кроме того, налоговики так и не раскрыли реальной схемы. Их ссылка на «обналичивание» денежных средств не верна, даже если соглашаться со всей их аргументацией. Ведь обналичка предусматривает перевод учтенных безналичных средств компании в неучтенную наличку. В данном же случае имела место передача наличных денег, полученных физлицом из неизвестного источника, на баланс компании с последующей выплатой этих средств «однодневкам».

Скорее всего, целью производившихся операций была не «обналичка», а создание фиктивных затрат для компании Б и продажа принадлежащей ей доли через физическое лицо. Налоговая выгода достигалась за счет использования ставки налога 13 процентов вместо 24 (в то время ставка налога на прибыль еще не была понижена до 20%). Но последствия для налогоплательщицы от этого не меняются: если согласиться с налоговиками, она не понесла никаких реальных затрат на приобретение доли в компании А. Кроме того, выявленные налоговиками факты создают для самой компании Б угрозу доначисления налога на прибыль и НДС.

Постоянному представительству доначислили налог «на расходы»

В другой ситуации инспекторы решили провести выездную проверку постоянного представительства британской компании А. Оно на протяжении нескольких периодов заявляло убытки при полном отсутствии доходов. Соответственно, не уплачивало налог на прибыль и НДС (см. схему 4).

У проверяющих возникли подозрения, что представительство осуществляет на территории России безвозмездную деятельность подготовительного или вспомогательного характера в интересах третьих лиц. А в этом случае оно должно уплачивать 20 процентов с суммы произведенных расходов – таково требование пункта 3 статьи 307 НК РФ.

Инспекторы выяснили, что представительство безвозмездно консультировало руководство дружественной британской организации Б, не имеющей на территории России постоянных представительств. Консультации касались перспектив развития бизнеса в России, в частности вопросов найма персонала и аренды помещений. Финансировалась эта деятельность за счет кредитной линии, открытой компанией Б для представительства компании А.

Несмотря на то что компания Б является по отношению к представительству материнской, налоговики доначислили ему налог на прибыль в размере 20 процентов от суммы всех расходов. А также исключили все затраты для целей налогообложения прибыли, так как они не были направлены на получение дохода. То есть отказались признать налоговый убыток.

В принципе, у налоговиков были основания применить пункт 3 статьи 307 НК РФ и рассчитать налог на прибыль исходя из суммы затрат. Ведь формально управляющая компания иностранного холдинга (и даже единственный учредитель) является «третьим» лицом по отношению к своей дочерней компании. Таким образом, российское постоянное представительство «дочки» действительно оказывало услуги материнской компании без какой-либо оплаты. То есть три из четырех условий, установленных указанной нормой Налогового кодекса, выполняются: 

  • ведение вспомогательной или подготовительной деятельности;
  • в пользу третьих лиц;
  • без вознаграждения. 

Однако четвертым условием применения пункта 3 статьи 307 НК РФ является ведение иностранной компанией деятельности, которая образовывала бы постоянное представительство. Характеристики такой деятельности указаны в пункте 4 статьи 306 НК РФ. Получение консультаций и ведение переговоров не соответсвуют ее критериям. Следовательно, доначисление налога «на расходы» может быть оспорено в суде.

Схема 1. Формирование убытка и последующее присоединение к прибыльной компании

Схема 2. Вывод факторингового вознаграждения из-под российского налогообложения

Схема 3. Продажа доли через физическое лицо

Схема 4. Организация работы постоянного представительства

Зарегистрируйтесь и продолжите читать статью! Это БЕСПЛАТНО и займет всего одну минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пожалуйста, проверьте почту
Ввести
Я тут впервые
Регистрация займет
не больше минуты!
Введите логин
Неверный логин или пароль
Неверный логин или пароль
Введите пароль

 

Слово редактора

Евгений Тимин
главный редактор
glred@nalogplan.ru
Маркетологи очень хотят, чтобы я в этой редакционной колонке на пальцах доказал вам, что необходимо продлить подписку на 2017 год. Иначе… иначе… конец света! А я вот, напротив, думаю, что переподписываться на журнал не стоит.

Подумаешь! Не продлили вы подписку. Стали узнавать о налоговых угрозах с опозданием. Из-за этого совершили ошибку. Она обернулась многомиллионными доначислениями. Против директора и главбуха возбудили уголовное дело. Им дали условный срок. Ничего страшного!

Читать далее >>

Подписка

Сервисы